ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО
www.businesspravo.ru
    
           ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОЛОЖЕНИЙ,
       СОДЕРЖАЩИХСЯ В СТАТЬЯХ 47 И 51 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
           КОДЕКСА РСФСР И ПУНКТА 15 ЧАСТИ ВТОРОЙ СТАТЬИ 16
     ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О СОДЕРЖАНИИ ПОД СТРАЖЕЙ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ
      И ОБВИНЯЕМЫХ В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ" В СВЯЗИ С ЖАЛОБАМИ
       ГРАЖДАН А.П.ГОЛОМИДОВА, В.Г.КИСЛИЦИНА И И.В.МОСКВИЧЕВА"

                            ПОСТАНОВЛЕНИЕ

                        КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РФ

                          25 октября 2001 г.


                                 (Д)


                     Именем Российской Федерации

     Конституционный Суд     Российской     Федерации     в    составе
председательствующего     В.Г.Стрекозова,     судей      Ю.М.Данилова,
Л.М.Жарковой,  Г.А.Жилина,  В.Д.Зорькина,  В.О.Лучина,  Н.В.Селезнева,
О.С.Хохряковой,
     с участием   адвоката   Ю.А.Костанова   -  представителя  граждан
А.П.Голомидова,   В.Г.Кислицина    и    И.В.Москвичева,    постоянного
представителя  Государственной  Думы в Конституционном Суде Российской
Федерации В.В.Лазарева,  депутата Государственной  Думы  С.А.Попова  и
доктора    юридических    наук    П.А.Лупинской    -    представителей
Государственной  Думы,  адвоката  Ю.А.Ларина  -  представителя  Совета
Федерации,  а  также  полномочного представителя Президента Российской
Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.А.Митюкова,
     руководствуясь статьями  125  (часть  4)  Конституции  Российской
Федерации,  пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3,
пунктом   3  части  второй  статьи  22,  статьями  36,  96,  97  и  99
Федерального   конституционного   закона   "О   Конституционном   Суде
Российской Федерации",
     рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности
положений,  содержащихся в статьях 47 и 51 УПК РСФСР и пункта 15 части
второй  статьи  16  Федерального  закона  "О  содержании  под  стражей
подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".
     Поводом к    рассмотрению    дела    явились    жалобы    граждан
А.П.Голомидова,   В.Г.Кислицина   и  И.В.Москвичева  на  нарушение  их
конституционных прав  данными  положениями  о  порядке  предоставления
подозреваемым  и  обвиняемым,  находящимся  под  стражей,  свиданий  с
адвокатом  (защитником).  Основанием  к  рассмотрению   дела   явилась
обнаружившаяся  неопределеннность  в  вопросе о том,  соответствуют ли
указанные  положения,  примененные  в  делах  заявителей,  Конституции
Российской Федерации.
     Поскольку все  жалобы  касаются  одного  и  того   же   предмета,
Конституционный  Суд  Российской Федерации,  руководствуясь статьей 48
Федерального   конституционного   закона   "О   Конституционном   Суде
Российской   Федерации",   соединил  дела  по  этим  жалобам  в  одном
производстве.
     Заслушав сообщение   судьи-докладчика  Н.В.Селезнева,  объяснения
представителей   сторон,   выступления   приглашенных   в    заседание
представителей: от Верховного Суда Российской Федерации - председателя
Кассационной палаты Верховного Суда Российской Федерации А.П.Шурыгина,
от  Правительства  Российской  Федерации  - полномочного представителя
Правительства Российской Федерации в Конституционном  Суде  Российской
Федерации   М.Ю.Барщевского,  от  Генеральной  прокуратуры  Российской
Федерации - М.Е.Токаревой,  от Министерства внутренних дел  Российской
Федерации   -   Б.Я.Гаврилова,   от  Федеральной  службы  безопасности
Российской Федерации - М.Р.Чарыева, от Министерства обороны Российской
Федерации  -  О.В.Кучина,  от  Федеральной  службы  налоговой  полиции
Российской  Федерации  -   А.П.Данькова,   исследовав   представленные
документы  и иные материалы,  Конституционный Суд Российской Федерации
установил:
     1. Часть первая статьи 47 УПК РСФСР предусматривает, что защитник
допускается к участию в деле с момента  предъявления  обвинения,  а  в
случае задержания лица,  подозреваемого в совершении преступления, или
применения к нему меры пресечения в  виде  заключения  под  стражу  до
предъявления  обвинения  -  с  момента фактического его задержания.  В
соответствии с частью второй статьи 51 УПК РСФСР с момента  допуска  к
участию в деле защитник вправе,  в частности,  иметь с подозреваемым и
обвиняемым  свидания  наедине  без   ограничения   их   количества   и
продолжительности.
     Согласно Федеральному закону от 15 июля 1995 года  "О  содержании
под  стражей  подозреваемых  и обвиняемых в совершении преступлений" в
целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством
юстиции Российской Федерации,  Министерством внутренних дел Российской
Федерации,  Федеральной  службой  безопасности  Российской  Федерации,
Министерством  обороны  Российской Федерации,  Федеральной пограничной
службой Российской Федерации по согласованию с Генеральным  прокурором
Российской  Федерации  утверждаются  Правила  внутреннего распорядка в
местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в  совершении
преступлений,   которыми   устанавливается,   в   частности,   порядок
проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником (пункт  15
части  второй статьи 16 в редакции Федерального закона от 21 июля 1998
года).
     Во исполнение   названного   предписания   приказом  Министерства
юстиции Российской Федерации от  12  мая  2000  года  были  утверждены
Правила     внутреннего     распорядка     следственных     изоляторов
уголовно-исполнительной  системы   Министерства   юстиции   Российской
Федерации,   пунктом   149   которых   предусмотрено,   что   свидания
подозреваемым и обвиняемым с адвокатом,  участвующим в деле в качестве
защитника,  предоставляются  по  предъявлении  последним  документа  о
допуске к участию в уголовном деле,  выданного лицом  или  органом,  в
производстве  которых  находится  уголовное дело,  на основании ордера
юридической консультации.
     Как следует  из  жалобы  гражданина  А.П.Голомидова,  его адвокат
допускался  на  свидания   со   своим   подзащитным,   находящимся   в
следственном изоляторе города Нижний Новгород,  лишь после получения у
следователя  специального  разрешения  на  каждое   свидание,   причем
получение таких разрешений, по утверждению заявителя, осложнялось тем,
что следователь значительную  часть  времени  находился  по  служебным
делам в городе Йошкар-Ола.
     В жалобах граждан В.Г.Кислицина и И.В.Москвичева указывается, что
в  течение  17  дней  они  не  могли  встретиться  со своим адвокатом,
поскольку  у  него  не  было  разрешения  Верховного  Суда  Российской
Федерации   (который  должен  был  рассмотреть  их  уголовное  дело  в
кассационном порядке) на свидание,  а без такого разрешения адвокат  в
следственный изолятор не допускался.
     Заявители, оспаривая конституционность  названных  положений  УПК
РСФСР  и Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и
обвиняемых в совершении преступлений",  утверждают,  что ими создаются
препятствия  для  реализации обвиняемым права на свидание с защитником
наедине и без ограничения времени,  и вводится  порядок,  при  котором
свидания  обвиняемому с адвокатом предоставляются лишь по предъявлении
последним документа о допуске к участию в уголовном  деле  в  качестве
защитника,   выданного  лицом  или  органом,  в  производстве  которых
находится дело.  Тем самым, по мнению заявителей, нарушаются их права,
гарантированные статьями 15 (часть 4), 17 (части 1 и 2), 18, 21 (часть
1),  22 (часть 1),  48 (часть 2)  и  55  (части  2  и  3)  Конституции
Российской Федерации.
     Конституционность положений,  содержащихся в статьях 47 и 51  УПК
РСФСР,  уже  проверялась  Конституционным  Судом Российской Федерации:
часть  четвертая  статьи  47  УПК  РСФСР   -   в   части,   касающейся
квалификационных  требований  к  защитнику,  допускаемому  к участию в
уголовном судопроизводстве (Постановление от  28  января  1997  года),
часть  первая  статьи  47 УПК РСФСР - в части,  касающейся определения
момента,  с которого лицу,  подозреваемому в совершении  преступления,
предоставляется  право пользоваться помощью защитника,  а часть вторая
статьи 51 УПК РСФСР - в части, касающейся права защитника до окончания
расследования   знакомиться  с  протоколами  следственных  действий  и
другими материалами дела (Постановление от 27 июня 2000 года).  В иных
аспектах  указанные  нормы  УПК РСФСР Конституционным Судом Российской
Федерации не рассматривались.
     Оспариваемые в  жалобах  граждан А.П.Голомидова,  В.Г.Кислицина и
И.В.Москвичева взаимосвязанные положения  части  первой  статьи  47  и
части  второй  статьи 51 УПК РСФСР находятся в неразрывном нормативном
единстве с частью четвертой статьи 47 УПК РСФСР,  согласно  которой  в
качестве  защитника  допускается  адвокат  по  предъявлении  им ордера
юридической консультации. Следовательно, именно эти положения, а также
пункт  15 части второй статьи 16 Федерального закона "О содержании под
стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" являются
предметом   проверки  Конституционного  Суда  Российской  Федерации  в
настоящем деле - постольку, поскольку ими регулируется порядок допуска
адвоката, имеющего ордер юридической консультации, к участию в деле, в
том  числе  при  проведении  свиданий  с  содержащимися  под   стражей
обвиняемыми и подозреваемыми.
     2. Согласно статье 48 (часть 2) Конституции Российской  Федерации
каждый  задержанный,  заключенный под стражу,  обвиняемый в совершении
преступления имеет право пользоваться помощью адвоката  (защитника)  с
момента   соответственно   задержания,   заключения   под  стражу  или
предъявления обвинения.  Данное право служит для  этих  лиц  гарантией
осуществления  других  закрепленных в Конституции Российской Федерации
прав - на получение квалифицированной юридической помощи  (статья  48,
часть   1),  на  защиту  своих  прав  и  свобод  всеми  способами,  не
запрещенными законом (статья 45,  часть 2), на судебную защиту (статья
46),  на  разбирательство  дел  судом  на  основе  состязательности  и
равноправия сторон (статья 123,  часть 3) - и находится во взаимосвязи
с ними.
     Основные права и свободы человека  и  гражданина,  к  каковым  по
своему   существу   относится   право  пользоваться  помощью  адвоката
(защитника) право,  признаются и гарантируются в Российской  Федерации
согласно  общепризнанным  принципам  и нормам международного права и в
соответствии   с   Конституцией   Российской    Федерации,    являются
непосредственно   действующими,   определяют   смысл,   содержание   и
применение  законов,  деятельность  законодательной  и  исполнительной
власти и обеспечиваются правосудием (статьи 1,  2, 17 и 18 Конституции
Российской Федерации),  а их признание,  соблюдение и защита - в  силу
предписаний  Конституции  Российской  Федерации и корреспондирующих им
общепризнанных принципов и норм  международного  права  -  обязанность
государства и одно из необходимых условий справедливого правосудия.
     Из статей 71 (пункты "в",  "о"),  76 (часть 1)  и  55  (часть  3)
Конституции Российской Федерации следует,  что закрепленное статьей 48
(часть  2)  Конституции  Российской  Федерации   право   в   уголовном
судопроизводстве          регулируется         уголовно-процессуальным
законодательством и федеральный законодатель  вправе  конкретизировать
содержание  данного  права  и  устанавливать  правовые  механизмы  его
осуществления,  условия и порядок реализации,  не допуская в  правовом
регулировании  искажения  существа  данного права,  самой его сути,  и
введения таких  его  ограничений,  которые  не  согласовывались  бы  с
конституционно значимыми целями.
     3. Регламентируя условия и порядок  реализации  права  на  помощь
адвоката    (защитника),    Уголовно-процессуальный    кодекс    РСФСР
предусматривает,  что обвиняемый с момента предъявления  обвинения,  а
лицо, подозреваемое в совершении преступления, в случае его задержания
или совершения в отношении него действий,  связанных с  его  уголовным
преследованием,  до  предъявления  обвинения  - с начала осуществления
этих мер или действий вправе иметь защитника, которого либо приглашают
сам обвиняемый,  его законный представитель,  другие лица по поручению
или с согласия обвиняемого,  либо  выделяет  юридическая  консультация
(президиум  коллегии  адвокатов)  по  поручению  органа  или  лица,  в
производстве которого находится уголовное дело (статьи 46, 47 и 48).
     Вступая в   дело,   защитник,   соответственно,  вправе  иметь  с
подозреваемым и обвиняемым свидания,  присутствовать при  предъявлении
обвинения,  участвовать  в  допросе,  а  также  в  иных процессуальных
действиях,  производимых  с  участием  подозреваемого  и  обвиняемого,
использовать   иные  предусмотренные  уголовно-процессуальным  законом
права в уголовном судопроизводстве,  а также любые другие  средства  и
способы защиты, не противоречащие закону (статьи 47 и 51 УПК РСФСР).
     При этом  адвокат  в  силу  статьи  67.1  УПК  РСФСР  не   вправе
участвовать  в  деле  в  качестве  защитника,  если он по данному делу
оказывает  или  ранее  оказывал  юридическую  помощь  лицу,   интересы
которого  противоречат  интересам  лица,  обратившегося  с  просьбой о
ведении  дела,  или  если  он  ранее  участвовал  в  качестве   судьи,
прокурора,   следователя,  лица,  производившего  дознание,  эксперта,
специалиста,  переводчика,  свидетеля или понятого,  а  также  если  в
расследовании  или  рассмотрении  дела  принимает  участие должностное
лицо,  с которым адвокат состоит в родственных отношениях. При наличии
обстоятельств,  исключающих  участие  в  деле  адвоката,  вопрос о его
отводе разрешается  лицом,  производящим  дознание,  следователем  или
прокурором    -   соответственно   при   производстве   дознания   или
предварительного следствия, либо судом, рассматривающим дело.
     Как следует  из  приведенных  законоположений  в  их  нормативном
единстве, выполнение адвокатом, имеющим ордер юридической консультации
на  ведение уголовного дела,  процессуальных обязанностей защитника не
может быть поставлено в зависимость от  усмотрения  должностного  лица
или   органа,   в  производстве  которого  находится  уголовное  дело,
основанного  на  не  перечисленных  в  уголовно-процессуальном  законе
обстоятельствах, исключающих участие этого адвоката в деле.
     Положения частей первой и четвертой  статьи  47  и  части  второй
статьи  51 УПК РСФСР,  определяя момент,  с которого адвокат,  имеющий
ордер  юридической   консультации,   при   отсутствии   обстоятельств,
указанных  в статье 67.1 УПК РСФСР,  вправе вступить в уголовное дело,
не предполагают какого-либо особого - разрешительного - порядка такого
вступления и, следовательно, не должны служить основанием для лица или
органа,  в производстве которого находится уголовное  дело,  принимать
правоприменительные акты, разрешающие защитнику участвовать в деле. Не
должны   они   рассматриваться   и   как   основание   для    введения
разрешительного  порядка  реализации  права  адвоката иметь свидания с
подозреваемым и обвиняемым,  содержащимся под стражей.  Иное понимание
этих  норм  расходилось бы с их аутентичным смыслом и противоречило бы
предписаниям статьи 48 (часть 2) Конституции Российской  Федерации,  в
силу  которой  - во взаимосвязи со статьями 46,  49 (части 1 и 2),  50
(часть 2), 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации - реализация
закрепленного  в  ней  права подозреваемого и обвиняемого пользоваться
помощью адвоката (защитника),  в том числе иметь с  ним  свидания,  не
может быть обусловлена соответствующим разрешением лица или органа,  в
производстве которого находится уголовное дело.
     Таким образом, положения части первой и части четвертой статьи 47
УПК РСФСР о допуске адвоката к участию в уголовном судопроизводстве  в
качестве защитника, а также положение части второй статьи 51 УПК РСФСР
о праве  защитника  с  момента  допуска  к  участию  в  деле  иметь  с
подозреваемым   и  обвиняемым  свидания  не  противоречат  Конституции
Российской Федерации.
     Вместе с       тем       законодатель      вправе      определить
организационно-правовые и  иные  условия,  а  также  элементы  порядка
допуска адвоката к участию в деле,  не ставя,  однако, такое участие в
зависимость от дозволения лица или  органа,  в  производстве  которого
находится уголовное дело.
     4. По смыслу статьи 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации
и  корреспондирующих ей положений Международного пакта о гражданских и
политических правах (подпункт "b" пункта 3 статьи 14)  и  Конвенции  о
защите  прав  человека и основных свобод (подпункт "с" пункта 3 статьи
6),  существенным и неотъемлемым элементом права  на  помощь  адвоката
(защитника)   является   предоставление   содержащемуся   под  стражей
обвиняемому (подозреваемому) возможности непосредственного общения  со
своим  защитником  и,  соответственно,  возможность  последнего  иметь
свидания с подзащитным.
     Как следует  из  статей 48 (часть 2),  71 (пункты "в",  "о") и 76
(часть  1)  Конституции  Российской  Федерации   в   их   взаимосвязи,
федеральный  законодатель  при  регулировании права на помощь адвоката
(защитника),  относящегося к основным правам  и  свободам  человека  и
гражданина,  обязан  установить  в  уголовно-процессуальном законе все
важнейшие элементы  данного  права,  включая  условия  и  порядок  его
реализации,  в  частности  условия  и  порядок предоставления адвокату
свиданий с обвиняемым (подозреваемым),  поскольку такое  регулирование
непосредственно   затрагивает  само  существо  уголовно-процессуальных
отношений,  в том числе в части реализации функции защиты обвиняемым и
его адвокатом,  а также поскольку оно связано с установлением пределов
осуществления данного  права,  т.е.  возможными  его  ограничениями  и
нахождением  разумного  баланса  различных  конституционно  защищаемых
ценностей, конкурирующих прав и законных интересов.
     В соответствии с частью пятой статьи 46 и частью четвертой статьи
52  УПК  РСФСР  порядок  и  условия   предоставления   обвиняемому   и
подозреваемому  свиданий,  в  том  числе  с  защитником,  определяются
Федеральным  законом  "О  содержании  под  стражей   подозреваемых   и
обвиняемых в совершении преступлений", что предполагает установление в
нем предписаний,  обеспечивающих соблюдение вытекающих из  приведенных
статей  Конституции Российской Федерации требований к его нормативному
содержанию.
     Между тем  положение  пункта  15  части  второй статьи 16 данного
Федерального закона, на основании которого - во взаимосвязи со статьей
18   того   же  Федерального  закона  -  порядок  проведения  свиданий
подозреваемых и обвиняемых с адвокатом,  участвующим в деле в качестве
защитника,  устанавливается  нормативными  актами Министерства юстиции
Российской Федерации, иных министерств и ведомств, этим требованиям не
удовлетворяет,  поскольку  позволяет  осуществлять  регулирование  (и,
следовательно,   создает   возможность   ограничения)   ведомственными
нормативными  актами  существенных  элементов  конституционного  права
пользоваться   помощью   адвоката   (защитника),   которые    подлежат
определению непосредственно в уголовно-процессуальном законе.
     Федеральный закон  "О  содержании  под  стражей  подозреваемых  и
обвиняемых   в   совершении   преступлений",   исходя   из   признания
государством права  обвиняемого  (подозреваемого),  содержащегося  под
стражей,  на  свидания  с защитником (пункт 4 части первой статьи 17),
установил,  что с момента задержания такие свидания предоставляются  с
адвокатом, участвующим в деле в качестве защитника, по предъявлении им
ордера  юридической  консультации  и  не   подлежат   ограничению   по
количеству и продолжительности (часть первая статьи 18).  Вместе с тем
им не определены исчерпывающие,  точные и четкие  критерии  условий  и
порядка  реализации  адвокатом  права  на  свидания с содержащимся под
стражей обвиняемым (подозреваемым),  в частности неясно, достаточно ли
для  предоставления свиданий предъявления адвокатом ордера юридической
консультации или требуются какие-либо еще подтверждения его участия  в
деле в качестве защитника, исходящие в том числе от лица или органа, в
производстве которого находится уголовное дело.
     Подобная неопределенность      позволяет      неоднозначно     и,
следовательно, произвольно толковать и применять названный Федеральный
закон  в  части,  касающейся условий и порядка предоставления адвокату
свиданий   с   обвиняемым   (подозреваемым).    Как    свидетельствует
правоприменительная  практика,  положение  пункта  15 части второй его
статьи 16 служит основанием для отказа подозреваемым  и  обвиняемым  в
предоставлении  свидания  с  адвокатом,  участвующим в деле в качестве
защитника, если он не имеет специального документа о допуске к участию
в уголовном деле, выданного лицом или органом, в производстве которого
находится уголовное дело, т.е. предоставление таких свиданий (или даже
каждого  свидания  в  отдельности)  фактически  зависит  от разрешения
следователя, прокурора или суда.
     Это подтверждается  постановлениями  Президиума  Верховного  Суда
Российской Федерации от 1 марта 2000 года и от 14 сентября  2000  года
по  жалобам  граждан  о признании недействительными норм ведомственных
нормативных актов,  устанавливающих условия и  порядок  предоставления
свиданий адвоката,  участвующего в деле, с обвиняемым (подозреваемым),
а также практикой Министерства юстиции Российской Федерации, в ведении
которого   находятся  следственные  изоляторы  уголовно-исполнительной
системы.
     Таким образом,  оспариваемое  положение  Федерального  закона  "О
содержании  под  стражей  подозреваемых  и  обвиняемых  в   совершении
преступлений"   -  по  смыслу,  придаваемому  ему  правоприменительной
практикой,    -    недопустимо    ограничивает    право    обвиняемого
(подозреваемого)  пользоваться помощью адвоката (защитника),  а потому
противоречит  статьям  48  (часть  2)  и  55  (часть  3)   Конституции
Российской Федерации.
     5. Требование  обязательного  получения  адвокатом   (защитником)
разрешения  от  лица  или  органа,  в  производстве которого находится
уголовное дело,  на допуск к участию в деле означает, по существу, что
подозреваемый    и    обвиняемый    могут    лишиться    своевременной
квалифицированной  юридической  помощи,   а   адвокат   (защитник)   -
возможности   выполнить   свои   профессиональные   и   процессуальные
обязанности,   если   получению   такого    разрешения    препятствуют
обстоятельства     объективного    (отсутствие    следователя)    либо
субъективного (нежелание следователя допустить адвоката  на  свидание)
характера.
     В результате  создается  возможность  нарушения  закрепленного  в
статье   123  (часть  3)  Конституции  Российской  Федерации  принципа
осуществления   судопроизводства   на   основе   состязательности    и
равноправия   сторон,   исключающего,  как  следует  из  Постановления
Конституционного Суда Российской Федерации от 27 марта  1996  года  по
делу  о  проверке  конституционности  статей  1 и 21 Закона Российской
Федерации "О государственной тайне",  какую бы то ни было  зависимость
реализации обвиняемым (подозреваемым) конституционного права на помощь
адвоката   (защитника)   от   усмотрения    органа    предварительного
расследования,   прокуратуры   и   суда,   и  тем  самым  -  нарушения
конституционных гарантий государственной, в том числе судебной, защиты
в целом.
     Исходя из изложенного и руководствуясь частями  первой  и  второй
статьи 71, статьями 72, 74, 75, 86 и 100 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",  Конституционный
Суд Российской Федерации постановил:
     1. Признать не противоречащими Конституции  Российской  Федерации
содержащиеся  в  частях  первой  и  четвертой статьи 47 и части второй
статьи 51 УПК РСФСР положения,  регулирующие порядок допуска адвоката,
имеющего ордер юридической консультации, к участию в деле, в том числе
при проведении свиданий с  содержащимися  под  стражей  обвиняемыми  и
подозреваемыми,  поскольку  эти  положения  не предполагают каких-либо
дополнительных условий разрешительного характера для реализации  права
обвиняемого    (подозреваемого)    пользоваться    помощью    адвоката
(защитника).
     2. Признать  не соответствующим Конституции Российской Федерации,
ее статьям 48 (часть 2) и 55 (часть  3),  положение  пункта  15  части
второй  статьи  16  Федерального  закона  "О  содержании  под  стражей
подозреваемых и обвиняемых  в  совершении  преступлений",  допускающее
регулирование  конституционного  права  на помощь адвоката (защитника)
ведомственными нормативными  актами,  поскольку  это  положение  -  по
смыслу,  придаваемому  ему  правоприменительной  практикой,  -  служит
основанием неправомерных ограничений данного права,  ставя  реализацию
возможности   свиданий   обвиняемого   (подозреваемого)   с  адвокатом
(защитником) в зависимость от наличия специального разрешения лица или
органа, в производстве которого находится уголовное дело.
     3. Согласно  частям  первой  и  второй  статьи  79   Федерального
конституционного  закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
настоящее  Постановление  окончательно,   не   подлежит   обжалованию,
вступает   в   силу   немедленно   после  провозглашения  и  действует
непосредственно.
     4. Согласно  статье  78  Федерального  конституционного закона "О
Конституционном Суде  Российской  Федерации"  настоящее  Постановление
подлежит  незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства
Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть
опубликовано   также  в  "Вестнике  Конституционного  Суда  Российской
Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

25 октября 2001 г.
    

Печать
2003 - 2019 © НДП "Альянс Медиа"
Рейтинг@Mail.ru